История из моей практики: клиент из Нарвы (Эстония)
Расскажу историю (некоторые детали истории изменены, чтобы сохранить анонимность клиента). И так, Сергею 39 лет, он живёт в Нарве и работает инженером на производстве. Несколько лет назад на предприятии начались сокращения, и он годами жил в ожидании: «Меня уволят следующим». Параллельно — ипотека, двое детей, пожилая мама, которой всё больше нужна помощь.
Сначала была тревога. По вечерам он часами прокручивал сценарии: что будет, если уволят, как платить ипотеку, где искать работу. Плохо спал, постоянно был напряжён. Потом, примерно через год такой жизни, к тревоге добавилось другое: пропали силы, перестала радовать рыбалка, которую он любил, стало трудно вставать по утрам. «Я не понимаю, что со мной, — сказал он на первой встрече. — Я как будто одновременно боюсь всего и ничего не хочу». Именно так проявляется тревожно-депрессивное расстройство у многих мужчин: долго держишься, а потом силы заканчиваются.
Это был типичный случай, когда тревожно-депрессивный синдром развивается постепенно: сначала долгая тревога, потом истощение. Состояние было выраженным, поэтому я порекомендовала ему консультацию психиатра, с которым сотрудничаю. Он получил медикаментозную поддержку, а мы параллельно работали в терапии. Работа с психологом при тревожно-депрессивном расстройстве очень важна. Справиться самому можно, но только после того, как вы получили все необходимые знания и навыки. И именно психолог все это рассказывает, показывает, обучает, а главное - вносит корректировки в этот процесс. Все очень индивидуально.
Мы использовали дневник, где Сергей отдельно отмечал тревогу и настроение. Работали с катастрофическими мыслями о будущем и с убеждением «я должен всё вытянуть сам», которое пришло из детства. Постепенно возвращали маленькие радости, начиная с той же рыбалки. Через восемь месяцев работы он сказал: «Тревога никуда не исчезла, но теперь я ею управляю, а не она мной. И мне снова интересно жить».
По дневнику: в начале тревога была в среднем 8 из 10, а настроение — 2 из 10. Через восемь месяцев тревога опустилась до 3–4, а настроение поднялось до 6–7. Сон наладился, и он вернулся к рыбалке по выходным. Его история — хороший ответ на вопрос, как вылечить тревожно-депрессивный синдром: не одной таблеткой и не силой воли, а сочетанием поддержки психолога, системной терапии и времени.